Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет! - Франциска Вудворт

Слишком долго задерживаться в ванной комнате я не стала, хотя и было искушение отсидеться. Как ему в глаза смотреть? Своим «на ручки» я супруга явно обнадежила. Он точно иного ожидал, а не моего забега в клозет. Но ванная нужнее сейчас князю, чем мне. Это я ночь спала, а вот его поносило знатно по клумбам и лугам. От последней мысли я с трудом подавила рвущийся наружу смех и вышла.

Нет, ну это невозможно! Только-только придала себе серьезный вид, как при взгляде на князя губы невольно стали расползаться в улыбке. Он явно себя в зеркале не видел. Боевая раскраска так и сохранилась на лице. Мужественный вид, сосредоточенное выражение глаз, автомат осталось добавить – и будет вылитый коммандос.

Увидев, что я улыбаюсь, Максимилиан заметно расслабился и подошел ко мне с перекинутым через руку стеганым халатом.

– Служанки уберут в твоей спальне. Накинь пока мой халат, чтобы не замерзнуть.

Зайдя мне за спину, он развернул его, набросил мне на плечи, укутывая, и задержал свои руки.

– Извини. Я, кажется, перестарался, – прозвучало доверительно и немного интимно.

– Что ты, пробуждение было незабываемым!

Я повернула голову и заметила на его ладони кровь. Наверное, поранился, когда брал меня на руки.

– Ты поцарапался?

– Ерунда. Уже зажило. – Князь убрал руки, отпуская меня. – В следующий раз буду помнить, что у роз лучше убирать шипы, прежде чем дарить.

Мне польстило, что следующий раз подразумевается.

– Если ты не против, пока освежусь и приведу себя в порядок. Там горячее какао с булочками… Принес из кухни. Перекуси.

Князь отошел от меня, направляясь в ванную.

– Максимилиан.

– Что? – обернулся он в дверях.

– Ты в таком виде там появился?

– А что?

Я улыбнулась, ничего не сказав. Сам сейчас все увидит. Но слуги сегодня точно шокированы. У меня комната усыпана цветами, князь ходит разукрашенный грязью. Страшно подумать, какие будут предположения, чем мы занимались в брачную ночь.

Взяв с подноса чашку, я забралась в кресло с ногами, вдыхая знакомый с детства аромат. Из-за двери ванной донеслось приглушенное ругательство. Губы расползлись в ехидной улыбке. Кажется, кто-то себя в зеркале только что увидел…

А вообще, Макс поразил. После всех его закидонов сегодня он был на удивление мил. И сдержан.

Взгляд остановился на подносе, и моя улыбка стала еще шире. Никогда бы не подумала, что процесс воспитания этим предметом дает такие поразительные результаты при встрече с чьей-то твердолобой головой.

Мне не сиделось на месте. Я встала и прошла к двери между нашими комнатами, решив еще раз полюбоваться на устроенный князем сюрприз. Самое удивительное, как он умудрился меня не разбудить. Хотя ничего странного. Я глаз не могла сомкнуть долгое время, опасаясь возвращения злющего мужа и готовясь дать ему отпор. Вот и вырубило, похоже, напрочь.

А у меня в спальне кипела работа. Под руководством Таши служанки сортировали цветы по вазам, освободив пока не больше нескольких метров от входа и пребывая в шоке от объема свалившейся на них работы.

– Может, это выкинуть? – спросила одна девушка у Таши, собрав в охапку полевые цветы вперемешку с травой. – Это же сколько ваз надо!

– Не тебе подарено, не тебе решать, что выбрасывать! Сколько нужно ваз, столько и принесете, – подала голос я, разозлившись.

Не так часто мне цветы дарили, чтобы вот так пренебрежительно их выбрасывать. Мне был дорог каждый цветок, даже полевой.

– Утро доброе, миледи! – все склонились в поклоне, исподтишка бросая на меня любопытные взгляды.

– Ваше сиятельство, можно помочь вам одеться к завтраку? – подала голос Таша. – Князь отдал распоряжение накрывать на стол.

– И как ты собираешься добраться до гардеробной? – спросила я в ответ.

Таша смешалась, потому что идти нужно было по цветам, иначе никак.

Я пожалела ее:

– Позже поможешь. Пока проследи, чтобы каждый цветок бережно разместили в воде.

Таша с готовностью кивнула.

– А где приказано завтрак накрывать? – уточнила я.

– В покоях князя.

Ага, значит, в гостиной. Слуги в спальню пока не суются. Завтрак, похоже, намечается у нас наедине, так что марафет можно не наводить.

– В первую очередь освободите проход к гардеробу. И подготовь мне платье, – распорядилась я.

– Слушаюсь, ваше сиятельство.

Окинув взглядом утопающую в цветах спальню, я ушла, прикрыв за собой дверь.

Вернулась в кресло допивать какао. Непривычное обращение «ваше сиятельство» резало слух, напоминая о моем новом статусе. Теперь я княгиня. Все произошло настолько стремительно, что сам факт своего замужества я пока не могла осознать в полной мере. Теперь мы связаны с Максом до конца жизни, действительно связаны. Здесь нет разводов.

Интересно, как у вампиров свадьбы проходят? Церемония в храме – и все? Гостей не приглашают? Не то чтобы я ждала балов и фейерверков, мне прорва гостей из высшего общества даром не нужна. Чисто любопытно. Ночь брачную пережила, и теперь хотелось бы знать, а что дальше? Как изменится моя жизнь после брака?

Открылась дверь ванной комнаты, и вышел тот, кто мог дать ответы на все мои вопросы. Вот только я едва чашку не выронила при взгляде на него. Из одежды на князе был лишь клочок ткани на бедрах. Я как-то сразу подобралась. Может, зря расслабилась, и сейчас будет второй подход к снаряду по поводу исполнения мной брачного долга?

Впрочем, беспокойство не мешало мне изучать взглядом фигуру Макса. А посмотреть было на что. Роскошен! Рельефные мускулы, кубики на животе. Влажные темные волосы чуть завились и падают на плечи. И весь этот образец горячей сексуальной фантазии любой половозрелой женщины прошествовал мимо меня в гардеробную.

– Слугу звать не хочу, а одежда чистая там, – объяснил он мне этот сеанс стриптиза.

– Да, конечно, – выдавила я, чувствуя, как пересохло в горле.

Лишь когда он скрылся выбирать себе одежду, у меня включились мозги. Ага, конечно! Для того, кто свободно перемещается по замку порталами, ничего не стоило метнуться в гардеробную и взять себе одежду. Весь этот выход был рассчитан именно на меня. Хотел произвести впечатление? Приучает к своему телу?..

Ему удалось. Вот же вампирюга! Я залпом допила какао.

Князь вернулся в брюках и в рубашке навыпуск, застегивая манжеты. Пуговицы он оставил на потом, демонстрируя грудь и дорожку темных волос, спускающуюся к поясу.

– Проголодалась?

– Очень! – с преувеличенным энтузиазмом заявила в ответ. На самом деле хотелось взять поднос и отгородиться от так и бьющей из него сексуальности.

В голове стучало: «Это мой муж. Муж!»

В принципе, мне нравилось все, что я видела. Он привлекательный мужчина, чего греха таить. Но